Электронная библиотека

Алексей Лютый - Ответный плевок [= Звездная Каэши-Ваза]

- А как они сюда попадут, кроме как через центральный вход? - ехидно поинтересовался есаул. - Вот и наблюдайте за центральным входом, а у нас тут смотреть не на что, - и снова взвыл: - До дому я просилася, а вин мене ж все не пускав…
- Замолчи, Пацук! - взорвался майор. - Замолчи, гад, или сейчас вам вместо отдыха ученья устрою.
- Устраивайте! А я и там петь буду, - пожал плечами украинец. - До дому я просилася-а-а-а…
- Вот, мать вашу во время беременности, да на концерт бы Пласидо Доминго! - размечтался Раимов. - Не зря про вас в досье написано, что вы совершенно невосприимчивы к каким-либо видам воздействия. Но ничего! Мы свое еще возьмем…
Камера мигнула напоследок желтым глазом светодиода и, жалобно взвыв сервомоторами, бесславно "сдохла", поникнув на держателе. Все четверо спецназовцев дружно взревели, одобряя такое решение командира, пожалуй, впервые за два дня, почувствовав и единство душ, и общность желаний. Пацук горделиво посмотрел на своих сослуживцев, дескать, что бы вы без меня делали, а затем, вспомнив о не совсем еще заточенном зубе на Шныгина, фыркнул и, сняв китель, завалился на кровать. Зибцих тут же потребовал от украинца отправить оный предмет экипировки в отведенное для него место, то бишь, в шкаф, но Микола в ответ на такое посягательство на суверенитет и самоопределение лишь презрительно фыркнул. Ганс пожал плечами и, взяв китель с табурета, демонстративно аккуратно повесил его в шкаф Пацука.
- Интересно, когда тете Маше убираться надоест? - задумчиво проговорил Шныгин, глядя на чистоплотного немца.
- А тебе что, плохо? - с ехидной ухмылочкой поинтересовался у старшины Пацук. - Пусть себе убирается. В конце концов, не в каждой воинской части персональная горничная у личного состава имеется.
И тут произошло то, что увидеть никто и не предполагал. Ефрейтор Ганс Зибцих, отличный снайпер, можно сказать, ворошиловский стрелок и очень воспитанный человек с нордическим характером, доброжелательный миляга-парень и т. д. и т. п., до сего момента спокойно выравнивавший стулья вдоль стены, вдруг остановился. Не говоря ни слова, Зибцих подошел к личному шкафчику есаула, открыл дверцу и, подняв дюралевую мебель над головой, высыпал ее содержимое прямо на оторопевшего украинца. Пацука такая выходка немца настолько шокировала, что Микола пару секунд сказать ничего не мог. А Ганс бессовестно воспользовался замешательством сослуживца.
- Я, конечно, не против того, чтобы личным примером приучить всяких славяно-американских свиней к порядку, но никому не позволю надо мной издеваться, - совершенно спокойным голосом проговорил он. - А если еще кому-нибудь в голову придет дурацкая мысль о возможности подшучиваний надо мной, пусть помнит, что в группе я иду замыкающим, и у меня в руках оружие, которым я пользуюсь очень даже неплохо.
- Тю, дурной! Ты гляди, воно ж как бывает: на базе четыре бойца, и у всех, кроме меня, башни давно посрывало, - удивился Пацук, принявшись сгребать в кучу свои вещи. - На "тетю Машу", значит, не обиделся, а "горничная" его задела.
- А это от того, что у них там, в Германии, наверное, горничных навалом, а теть Маш ни единой нет, - хмыкнул Шныгин, помогая украинцу поднимать вещи с пола. И первое, что попалось ему под руки, был странной формы сверкающий металлический предмет. - Микола, а это что за штуковина, блин?
- Наследство от бабушки, - буркнул Пацук и, мгновенно вырвав у старшины из рук непонятную вещь, спрятал ее в карман своих камуфлированных шаровар. - Семейная реликвия.
- У нас в батальоне тоже у одного солдата семейная реликвия с собой всегда была, - встрял в разговор Кедман. - Кроличья лапка, которую дед моего знакомого еще с вьетнамской войны привез.
- И что? - удивленно поинтересовался Шныгин, увидев, что негр надолго замолчал.
- А ничего. Убили его! Носил-носил с собой дедушкину кроличью лапку, а тут бац, и убили его, - Кедман заржал, как перекормленная пожарная лошадь, однажды проснувшаяся на церковной колокольне.
- И чего тут смешного? - оторопело поинтересовался Пацук.
- Да ты внимания не обращай, - махнул рукой Шныгин. - Это у них юмор такой. Американский. Жутко умный.
И все же, хоть старшина и уговаривал сослуживцев не уделять много внимания чудачествам Кедмана, обратить на него внимание все же пришлось. Мало того, что бывший "морской котик" ржал минут пять, так еще после этого он начал дудеть в свой верный свисток. Все трое соседей Кедмана по кубрику начали потихоньку приходить в состояние тихого бешенства. А американец, исключительно потому, что увлекся, а не по злому умыслу, принялся выплясывать посреди комнаты "рэп", в промежутках между свистками напевая мотив какой-то популярной у него на родине песни. Первым этого проявления американской культуры не выдержал Шныгин. Схватив с кровати подушку, он запустил ею в капрала. Кедман ловко поймал ее на лету.
- Точно, мужики, пошли в баскетбол сыграем, - перестав свистеть, предложил негр.
С баскетболом у Кедмана ничего не вышло. К жуткому разочарованию американца выяснилось, что поклонников этой, с его точки зрения, самой выдающейся игры, среди агентов не оказалось. Зибцих предпочитал всем остальным видам спорта биатлон, Пацук играл исключительно в футбол, а старшина вообще никакими видами спорта не занимался. А зачем они ему, когда силушки и так немеряно, а всем боевым искусствам его уже давно обучили. Начиная с уличной драки в детстве, продолжая боксом в юношестве и заканчивая особо секретным русским рукопашным боем в спецназе воздушно-десантных войск.
- Не, ну если тебе больше заняться нечем, пошли гирьки покидаем, - предложил Кедману старшина, видя что тот начал белеть от разочарования.
- Согласен, - обрадовано кивнул головой негр. - Только потом я тебя в баскетбол играть научу. Из тебя неплохой разыгрывающий должен получиться!
- Ну ты и зануда, Джон, - вздохнул Шныгин. - Ладно, пошли. Я тебя на площадке так разыграю, что мало не покажется.
Кедмана со Шныгиным не было примерно полчаса. За это время Пацук успел каким-то образом запихать в свой шкафчик массу личных вещей. Причем так, что не только там, но даже и в прикроватной тумбочке свободной место осталось. Зибцих минут десять удивленно наблюдал за тем, как исчезают вещи в ставшем бездонным шкафу, а затем махнул и, сходив в оружейную, принялся чистить свой автомат. Вернулся назад ефрейтор вместе с "баскетболистами" и траурным голосом ослика Иа из мультфильма про плюшевого любителя меда, сообщил Пацуку, что тренажерный зал понес незначительный урон от нашествия двух бандитов - Кедман со Шныгиным в трех местах проломили пол, выворотили из креплений баскетбольную корзину и согнули две штанги.
- В общем, майор будет очень доволен, - констатировал немец. - Вот только интересно, сколько нарядов эти два биологических танка получат за порчу казенного имущества?
- Если наш конник кривоногий даст им меньше, чем мне, я ему свинины в компот накрошу. Пусть потом попробует Аллаху доказать, что это была диверсия, - пообещал украинец и хотел добавить что-то еще, но в этот момент взвыла сирена. - Вот гад, все-таки устроил учебную тревогу, как и обещал!
Однако испытывать судьбу в этот раз, как в три часа ночи накануне, бойцы не решились. Все-таки майор пока только раздает наряды, а нести их не заставляет, но мало ли чем все его санкции впоследствии могут обернуться! Именно поэтому вся четверка, не медля ни секунды, бросилась к оружейной комнате, застегивая кители на ходу. А Раимов уже ждал их там.
- Агенты, жизнедеятельность базы под угрозой! - с должным пафосом в голосе сообщил майор. - Несколько минут назад из специального бункера совершил побег захваченный утром пришелец. Кедман с Пацуком блокируют выход на аэродром, агенты Зибцих и Шныгин перекрывают главный выход из бункера. Ваша задача - взять беглеца живым. Однако выпустить его на поверхность мы не имеем права. Поэтому, в случае угрозы рассекречивания базы, стрелять на поражение.
- Так, значит, это не учебная тревога, товарищ майор? - удивленно поинтересовался есаул.
- Выполнять приказ! - рявкнул в ответ Раимов. - А тебя лично, агент Пацук, предупреждаю - если пришелец уйдет по твоей вине, будешь у меня десять лет своими песнями сибирские елки тешить!..

Глава четвертая

Земля. Порядковый номер года строго засекречен. Местоположение правительственной фазенды господина Президента в Барвихе никому не известно. С кондиционерами время года за окном не ощущается. Официально принято считать, что тут лето. Всегда! Специально для секретаря Президента передаем сигналы точного времени - пи-пи-пи… Ну и так далее.
- Ой, мамочка родная! - блаженно вздохнул вышеупомянутый секретарь, отрываясь от губ кухарки. - Я уже пять минут, как должен быть в приемной. Гюльчатай, закрой личико-то. Что теперь будет? - и торопливо хлопнулся в обморок.
- Ай, черноглазый! Дай кошелек, сразу скажу, что было, что будет, почему душа болит и от чего сердце успокоится, - проворковала кухарка, ласково стукнув секретаря начиненным отборным песком капроновым чулочком по голове, а затем нагнулась и обшарила карманы. - Фак ю! Ни документов, ни кредитных карточек. Стоило из-за несчастных ста долларов руки марать.
← Ctrl 1 2 3 ... 16 17 18 ... 65 66 67 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0137 сек
SQL-запросов: 0