Электронная библиотека

Андрей Посняков - Крестоносец

Андрей Посняков - Крестоносец
Отвечать за себя куда легче, чем за других. Однако Михаил Ратников, вновь оказавшийся в прошлом, вынужден заниматься именно этим! Мало того, что на дворе стоит 1241 год и едва удалось сбежать из тевтонского плена, так еще и новгородские воины считают его предателем. И нужно восстановить свое имя, свою честь, найти и вырвать из этой жестокой эпохи своих современников, двух молодых людей… одного удается отыскать быстро, а вот второго… точнее говоря - вторую…
А Псков, между прочим, захвачен рыцарями Тевтонского ордена, и войско новгородского князя Александра Ярославича уже на подходе… К тому же не дремлют старые враги - людокрады.
Содержание:

Андрей Посняков
Крестоносец

Глава 1
Наши дни. Псковская область
Усадьба

Вот аллоды, кои состоят в вечном владении аббатов…
Из средневековой грамоты
Усадьба, она так и называлась "Усадьба", потому как стояла на отшибе, в лесу, на берегу небольшой речки, а даже, лучше сказать - широкого ручья, что впадал в реку Черную, а уж та пополняла своими бурными водами беспредельно-серебристую гладь Псковского озера. До него от Усадьбы было километров десять, а до второго озера, Чудского, чуть побольше - пятнадцать, но это, если напрямик, через леса, ручьи, болотины… Имелись, вились тропки - в сухое лето запросто можно было пройти, даже и проехать - по заброшенной и разбитой лесовозами до полного некуда грунтовке. Не на легковушках, конечно, проехать - на "УАЗике".
У Миши как раз "УАЗик" и был куплен, почти одновременно с Усадьбой. А что, плохо разве? Рубленый дом - крепкий, на века, только лишь починить крышу - амбары, участок чуть ли не в гектар. Кругом лес, река, озеро вот…
Вообще, эту Усадьбу Мише приятель, питерский опер Василий Ганзеев по прозвищу "Веселый Ганс", посоветовал. Ты, сказал, хотел ведь чего-то уединенного, да на лоне природы, да подальше от людских глаз? Так вот и покупай - место хорошее: природа, охота, рыбалка, цивилизации почти никакой нет, даже сотовая связь - и та не берет. Покупай, пока просят недорого…
Миша - Михаил Сергеевич Ратников, молодой человек лет тридцати, высокий синеглазый брюнет с небольшой бородкой, бывший коммерсант, бывший учитель истории (о, это в какие седые времена еще было?!) - подумал-подумал, да и купил. Не для себя уединенья и покоя искал - для Марьюшки: стройненькой, миленькой, зеленоглазой… а как распустит по плечикам сахарным волосы льняные - ну, чисто русалка! Не думал, не гадал прожженный циник Михаил Сергеевич, что вот эдак вот Господь сподобит влюбиться, словно бы броситься с головой в глубокий речной омут! И вот на те ж - бросился…
Выжав сцепление, Михаил врубил первую передачу и, поднявшись в крутую горку, остановился, заглушив двигатель. Тут - рядом, буквально в двух шагах - щавеля росло немеряно, вот Миша и решил нарвать - на щи, Марьюшка-Маша любила…
Управился быстро - минут за десять нарвал пакетик, а больше и не надобно было. Хороший щавель - густой, крепкий, забористый, и здесь его прорва, не то, что за Усадьбой. Там, конечно, близко, но все не то - редкий да мелкотравчатый - не то, что вот здесь, тем более и по пути же.
Разогнувшись, молодой человек потянулся и повернул голову, услыхав надсадный рев мотора. Рев быстро приближался, и вот уже между деревьями, на лесной дорожке показался замызганный по самое некуда "Урал", под завязку груженный лесом. Ну, ясно дело - воры. Миша, конечно, в местные дела не лез, потому что был умный и вовсе не хотел, чтобы кто-то пустил красного петуха в Усадьбу или, пуще того, в магазин, еще по весне открытый им в ближнем, в пяти километрах, поселке. Поселок - а, вернее, два сросшихся - имел двойное название - "Советский номер 3" и "Сяргозеро". Первое досталось от времен колхозов-строек-лесоповалов, второе - от древних финно-угорских племен - "белоглазой" чуди. Проживало в сем довольно красивом местечке, если верить переписи, четыреста двадцать два человека, число которых летом, за счет приезжих дачников, легко переваливало и за тысячу. А магазин до Миши имелся один - бывший "ОРС", да и тот торговал только продуктами.
Ну, господин Ратников, пообжившись да приглядевшись, это дело быстро поправил - арендовал помещение в добротном кирпичном здании недавно закрытой восьмилетки, завез товар - парфюм, батарейки, шмотки, мелкую электронику и прочее - расторговался… И вот, на следующий год уже подумывал о магазинчике автозапчастей. А что? Дело выгодное - машины у всех не новые, ломаются часто, да еще мотоциклы, да моторные лодки, катера…
Поэтому ссориться с местными не хотелось. И без того - чужак. Хорошо, хоть жил в отдалении - все ж не так завидовали, как, к примеру, недавним переселенцам из Узбекистана Кумовкиным, этнически русским, которых в поселке, как водится, сразу же прозвали - "узбеки".
Ох, как их возненавидели!
Поселковые и так-то промеж собой жили недружно - в свое время в Советский переселили жителей так называемых "неперспективных деревень" - Карякина, Пустыни, Горелухи, издавна враждовавших. Выходцы из каждой поселились отдельными улицами, так сказать "средь своих", исконная вражда никуда не делась, но потихоньку притухла, проявляясь лишь по большим праздникам, когда в местном клубе традиционно устраивались драки. Все, как и положено издревле: карякинские на пустынских, или те и другие - на горелухинских, летом вариант - все вместе - на дачников или стройотрядовских студентов… Все как положено - с пьяными воплями, с кольями, с красной юшкой из носу и сломанными ребрами бузотеров. В общем, весело жили по праздникам, с огоньком, с задором, жаль, времена те давно ушли. Молодых мужиков нынче маловато осталось, да и те большей частью спились, а кто не спился, те, на пилорамах да лесовозах халтурили - после банкротства леспромхоза никакой другой работы в поселке не было. С одной стороны, молодцы - семьи-то кормить-одевать надо… Да и леса, в общем-то, не жалко - вон его сколько кругом, не окинешь взглядом! Леса не жалко, жалко дорог - уж их-то лесовозники-гады разбили, как "юнкерсы" в войну не разбивали.
Так вот, об "узбеках" Кумовкиных. Приехали они крепкой семьей, сами вдвоем, сын с невесткой, дочери, зятья, внуки. Сразу же взяли ссуду, да и так, верно, накопления были, выстроили просторный двухэтажный дом, с садом-огородом, с теплицею… И конечно же сей особнячок сразу же стал бельмом на глазу для каждого, уважающего себя, сяргозерца. Ходили, мычали - вот, мол, понаехали тут на все готовенькое… Ну и по мелочи пакостили, по крупному пока опасались.
Отогнав "УАЗик" с дороги в траву - чтоб лесо-возник-гад невзначай не помял, а то ведь они такие - Миша с интересом следил, как груженный лесом "Урал" с натугой штурмует горку… Нет, выкатил все же! Молодец! Только вот дорога…
- Здорово, командир! - лесовозник тоже остановил машину на пригорке, выскочил из кабины, закурил. Кудрявый молодой парень, лет на пять помоложе Ратникова, звали его Николай Карякин… Карякин, да - как и бывшую деревню.
- Привет, Николай, - Михаил вылез из авто, поздоровался. - Что - на халтурах?
- А куда ж нам деваться? - Карякин хохотнул. - Не все ж водку жрать.
Страница: 1 2 3 ... 60 61 62 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2017

Генерация страницы: 0.0257 сек
SQL-запросов: 0