Электронная библиотека

Мэлор Стуруа - С Потомака на Миссисипи: несентиментальное путешествие по Америке

Сенат проголосовал и за поправку, требующую специального разрешения госдепартамента на выдачу въездных виз лицам, являющимся членами коммунистических партий. В свое время эта мера была введена по настоянию реакционной профсоюзной верхушки США и лично президента АФТ - КПП Джорджа Мини, пытавшегося изолировать американское профсоюзное движение от контактов с профсоюзами социалистических стран. Мера сия была отменена после подписания Хельсинкских соглашений, ибо противоречила идее свободного обмена людьми между Востоком и Западом. Ныне ее воскрешают из мертвых, вернее полумертвых. И это делают те самые сенаторы, которые имеют смелость обвинять Советский Союз и другие социалистические страны в нарушении духа и буквы Хельсинки! Нелишне подчеркнуть, что соответствующая поправка, внесенная сенатором Говардом Бейкером, была подвешена к законопроекту о военной помощи иностранным государствам!
...В Голливуде разгар лета. Нестерпимая жара плавит все, даже плиты из древесного угля и впечатанные в них бронзовые звезды на "Променаде славы". Знаменитый лос-анджелесский смог опрокинулся незримым куполом над кинематографической столицей Америки, лишив ее свежего воздуха. Люди, страдающие астмой и сердечными болезнями, отсиживаются по домам, спасаясь от приступов удушья и инфарктов при помощи кондиционеров. В городе мертвый сезон. Шумные премьеры начинаются ближе к осени. Но осенние листья уже ложатся на голливудскую конгрегацию - церковь, оплетая крест пятидесяти штатов Америки и надпись, легкомысленно утверждающую о "единстве нации под богом". А под ФБР?
Осенние листья устилают "Променад славы", закрывая от людского взора звезды и имена их носителей.
Здесь, на бульваре Голливуд,
Любую увидишь звезду:
И ту, что узнаешь мгновенно,
И ту, что не знал никогда.
Трудились они и страдали,
Чтоб славу себе обрести.
Одни из них преуспели.
Других одолела тщета.
Роятся в размягченной от нестерпимого жара голове слова из баллады "Целлулоидные герои" Рэя Дэвиса, заводилы популярной рок-группы "Кинкс" - "Судороги".
Голливуд - Лос-Анджелес - Вашингтон.
Март - июль 1978 года

Снимите с полки "холодную войну"...

На весь до пределов раздвинутый экран - звездное небо. Мерцают планеты, переливаются галактики. По экрану скользят, исчезая в поднебесье, титры, скользят, не задерживаясь, кроме одного, последнего. Он предупреждает, что фильм озвучен методом "сенсурраунд" и поэтому администрация не несет никакой ответственности "за физические и психологические последствия" для зрителей.
"Сенеурраунд" вещь действительно впечатляющая. Он создает в зале полную звуковую иллюзию того, что происходит на экране. А на экране в данном случае происходит межгалактическое побоище между силами добра и зла. Силы добра представлены совокупной человеческой цивилизацией, силы зла - цивилизацией роботов, именуемых "кайлонами". Благодаря "сенсурраунду" кажется, что армады реактивных самолетов проносятся не где-то, а как раз над вашими головами, что чудовищные взрывы порядка многих мегатонн происходят не в космосе, а здесь, в кинотеатре. Все вокруг дребезжит и сотрясается. Но самое неприятное - сердцебиение, которое вызывают реактивные тамтамы галактических истребителей.
Фильм, где происходит все это, называется "Звездный линкор "Галактика". Я смотрел его на утреннем сеансе в кинотеатре в пригороде Вашингтона. Аудитория в подавляющем большинстве состояла из детворы не старше двенадцати-четырнадцати лет. Ребята, надо отдать им должное, держались в общем молодцом. Я зарегистрировал всего лишь пять случаев детской истерии, закончившейся слезами и выводом из зрительного зала.
- Взрослые проявляют куда более повышенную нервозность, - сказал мне одетый в красную ливрею билетер...
Пошел я на "Галактику" не для того, чтобы испытать крепость своих нервов и эффективность метода "сенсурраунд". Подтолкнула меня на это не страсть к острым ощущениям, а заметка в газете "Вашингтон пост". Ее автор - кинокритик, разбирая фильм, как бы невзначай обмолвился о том, что галактические переговоры между представителями человеческой цивилизации и "кайлонами" словно скопированы с советско-американских переговоров об ограничении стратегических вооружений (ОСВ-2).
Кинокритик "Вашингтон пост" оказался прав, впрочем, с одной, но весьма существенной поправкой. Галактические переговоры между людьми и "кайлонами" и впрямь напоминали советско-американские переговоры об ОСВ-2, но только не в их реальной форме, а в извращенной интерпретации противников соглашения из семейства вашингтонских "ястребов". Коварные "кайлоны", подобно "коварным Советам", предлагают доверчивому президенту галактического союза нечто вводе разрядки космической напряженности. Командующий вооруженными силами разумных цивилизаций - его многозначительно зовут Адама - тщетно предупреждает президента не попадаться на удочку "кайлонов", Они-де хотят не мира, а лишь паузы для подготовки к нанесению первого нокаутирующего удара, чтобы раз и навсегда покончить с Соединенными галактическими штатами. Президент категорически отказывается верить своему командующему и заключает вопреки его предостережениям пакт с "кайлонами". Нетрудно догадаться, что правда оказывается на стороне Адама, а не президента. "Кайлоны" наносят предупреждающий ракетно-ядерный удар и полностью уничтожают Соединенные галактические штаты. Единственный уцелевший звездный линкор "Галактика", которым командует прозорливый, наученный горьким опытом Адама, одиноко несется в поисках новой планеты, пригодной для человеческого существования.
Детали переговоров люди - "кайлоны" еще более приближают нас к "ястребиной" версии процесса выработки соглашения об ОСВ-2. Недаром критик Кэри Арнольд пишет о фильме как о "шоу, выдержанном в звучании "холодной войны". Не проходит незамеченным для американского зрителя и подбор актеров на роли доверчивого, президента, плохих советников и "трезво мыслящего" командующего. В связи с фигурой последнего некоторые даже вспоминают генерал-лейтенанта Эдварда Рауни, который на переговорах по ОСВ-2 в Женеве представлял объединенную группу начальников штабов США. Генерал Рауни "относится критически" к выработанному проекту соглашения и согласно официальным данным собирается в недалеком будущем подать в отставку, чтобы получить свободу рук для гласной критики ОСВ-2. (Он уже подал заявление в Вильсоновский международный центр о предоставлении ему стипендии для проведения "научно-исследовательской работы".) Другие считают прообразом галактического Адама вполне земного Поля Нитце, руководителя так называемого "Комитета по существующей опасности", резко выступающего против ОСВ-2. Адама, вернее, играющий его актер Лорни Грин, подобно Нитце, седовлас, с резкими чертами лица.
Но, конечно, поиски столь прямых параллелей и ассоциаций наивны. Это скорее игра в "угадывание", практикуемая склонной к сенсационности печатью. Куда важнее дух, пафос кинофильмов типа "Звездный линкор "Галактика". Их дух - дух "холодной войны", пафос - нагнетание военной, антисоветской истерии, облаченной в данном конкретном случае в маскарадный и модный костюм социально-научной фантастики. Продюсер фильма Глен Ларсон, он же автор сценария, не скрывает того, что его детище - чемодан с двойным дном. В его голливудском офисе, расположенном в "Черной башне", как называют штаб-квартиру киностудии "Юниверсл", на письменном столе стоит стеклянная банка с предупреждающей надписью "цианистый калий". Но лежат в ней конфеты. Сие словно символизирует "творческий метод" Ларсона, который он сам характеризует как "черный юмор". В действительности же все как раз наоборот: в конфетной упаковке приключенческого, научно-фантастического жанра заключен цианистый калий человеконенавистничества.
Любопытная деталь - "Звездный линкор "Галактика" родился поначалу как телевизионная серия и лишь затем перекочевал с голубого экрана на широкоформатный. Почему? А потому, поясняет Ларсон, нервно постукивая по склянке с надписью "цианистый калий", что "наблюдать за концом цивилизации куда более эффектно и приятно в кинотеатре, оборудованном системой "сенсурраунд", чем в гостиной вашей квартиры". Но тогда, следуя логике, а вернее - "черному юмору" мистера Ларсона, было бы еще "эффектнее и приятнее" наблюдать за концом света не в кинотеатре, пусть даже оборудованном системой "сенсурраунд", а в реальной жизни, если, конечно, таковая еще останется после тотальной ракетно-ядерной катастрофы. Наверное, скорее всего, вероятно, так оно и будет - мистер Ларсон искренне обидится на столь далеко заходящую интерпретацию логики его "черного юмора". Но таковы уж законы инерции, тем более в мире большого бизнеса, где главное - делать деньги. Неважно, на чем - на цианистом калии или на леденцах.
Тот факт, что современный американский кинематограф предпочитает "леденцам" лед "холодной войны", далеко не случаен, как не единичен и сам фильм "Звездный линкор "Галактика". Наряду с ним на экранах кинотеатров идет еще одно творение Ларсона - "Бак Роджерс в XXV веке". По жанру это тоже научно-фантастический фильм. Бак Роджерс - лицо не новое. Он герой комиксов, которые появлялись почти ежедневно на страницах американских газет с 1930-го по 1967 год. Бак Роджерс стал неотъемлемой частью американского псевдонародного фольклора. А ныне Ларсон перенес его с газетных колонок на киноэкран.
← Ctrl 1 2 3 ... 63 64 65 ... 67 68 69 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2018

Генерация страницы: 0.013 сек
SQL-запросов: 0