Электронная библиотека

Елена Лев - Нелли. Тайна серых теней

Он сел у подставки и некоторое время в упор разглядывал колбу. Нелли не на шутку испугалась. Да, коты не едят зеленые туманы, но у этого были такие зеленые глазищи! Кроме того, последние события показали, что и не такое бывает.
– М-мяу! – громко воззвал кот.
Женщина обратила внимание на кота и вскочила.
– Люциус! Это ты сделал? – Она быстро подошла к колбе и нахмурилась, разглядывая Нелли.
Метаться было бессмысленно. Нелли замерла.
– В чем я еще провинился? – со вздохом произнес мужчина.
– Открыл проход, – жесткие нотки в голосе рыжей красавицы заставили Нелли сжаться до размера атома.
Над колбой возник Люциус с выражением озабоченности на лице.
– Нет, это невозможно. Последний раз я его крепко заклеил.
– Видимо, не очень, раз они прорвались! Кто мог это сделать?
Мужчина и женщина повернулись к коту. Он мгновенно нырнул под стол. Женщина взяла подсвечник и сунула его под стол, пытаясь достать кота.
– Цезарь! Гадость! Немедленно вылезай! – злобно зашептала она.
Люциус бросил на женщину осторожный взгляд, взял колбу в руки и поднес к камину.
– Они снова послали ребенка!
– Звери! – отозвалась из-под стола женщина. – Ребенка? Как они убедили его открыть проход?
– Это несложно, если испугать…
– Люциус, испуганный ребенок не способен пройти все уровни защиты! Скорее всего, они нашли сильного воина и убедили его в своей правоте.
Мужчина провел рукой по колбе: стекло зазвенело, будто жалуясь на содержимое.
– Это не воин, а девочка, – удивился мужчина.
Женщина вышвырнула кота за дверь, поправила платье и с металлом в голосе произнесла:
– Это плохо. Девчонки – страшные оторвы!
– Не суди по себе, Роза! Бедный ребенок… Наверное, ей очень страшно!
Женщина завладела колбой и с силой ее тряхнула, стараясь размазать Нелли по стенкам.
– Я бы не сказала, – подвела она итог.
Нелли окончательно ее возненавидела.
– Имей в виду, Люциус, твоя любовь к детям меня не остановит. Колбу надо уничтожить.
Люциус возмущенно вырвал сосуд из рук женщины.
Нелли захотелось разозлить рыжую красавицу, и посильнее. Она широко расправила свое туманное состояние, затем резко сконцентрировалась… и отправила иглу невидимой энергии прямо в лоб Люциуса, словно дротик в цель: "Я слышу!"
Серые глаза мужчины распахнулись от удивления еще больше.
– Роза! Она сознает!!!
– Ты хочешь сказать, что она управляет своим состоянием?
– Роза! – уже жалобно произнес мужчина. – Хуже, она нас видит и слышит.
– Как ты понял? Девочка пытается общаться с тобой?
– Я довольно четко ее слышу.
– Я говорила, что опасно оставлять проход! "На всякий случай, на всякий случай!" – Женщина нервно зашагала по комнате. Потом резко остановилась перед камином. – Как думаешь, фламины знают?
– Думаю, нет. Иначе они остановили бы ее.
– Это вопрос времени. Сейчас, наверное, готовят возвращение. Не выяснишь, сильно она ненавидит?
Люциус внимательно посмотрел на Нелли. Она почувствовала мягкие волны чужого присутствия в ее тумане, с признательностью потянулась к ним.
Мужчина над колбой нахмурился. На секунду обернулся к женщине, которая сосредоточенно разглядывала огонь в камине, и приблизил лицо к стеклу, близко-близко.
– Беги от них! – Он начал говорить быстро. Нервничал, подыскивая нужные слова: – Беги! Все обман! Ищи крысоцвет, кры-со-цвет!
– Люциус! Что ты делаешь? – Женщина кинулась к нему.
– Никого не слушай! – продолжал мужчина, поворачиваясь спиной к Розе и не позволяя ей выхватить колбу. – Я – Крысолов! Имя! Твое имя!
Нелли снова сосредоточилась и отчаянно завибрировала всем существом.
– Нелли! – выдохнул Крысолов и добавил твердо: – Я найду тебя!
Эти слова, как снотворное, ослабили Нелли.
Темная воронка, появившаяся в середине тумана до именуемого "Нелли", начала уверенно набирать силу и втягивать в себя. Сущность Нелли какое-то время сопротивлялась, пытаясь удержаться в этой реальности, а затем поддалась втягивающей силе тьмы. Последнее, что она увидела, – печальные глаза Люциуса и сверкающие в огне осколки колбы, брошенной в камин рукой разъяренной женщины.

Глава 20

Нелли. Тайна серых тенейозвращение было медленным и вязким, как порой бег в тяжелом сне. Закутавшись в кокон своих переживаний, Нелли старалась не реагировать на внешний, теперь особенно ясно чуждый ее сущности мир.
Так бывает с людьми, уставшими от сборов в дальнюю дорогу. Сначала они несколько дней составляют подробные списки необходимых вещей (в последнюю минуту все равно их не находят). Потом несколько раз собирают один и тот же чемодан. Далее обнаруживают, что влезло значительно меньше вещей, чем надо. Из-за этого нервничают и срываются на тех, кто стойко переносит обязанность провожать, доводят домашних до слез. А когда всклокоченные и запыхавшиеся граждане-"отъезжающие" влетают в вагон или садятся в самолет, впадают в странное состояние двойного бытия: "Вот мой билет и мое место, но я не здесь, потому что мое сердце там, на пустом перроне или в аквариумном окне аэропорта, рядом с тем, кто стоит один, смотрит печальными глазами и пытается улыбаться, но у него плохо получается. Сейчас я хочу остановить поезд, покинуть самолет, однако это не в моих силах. Поэтому оставьте меня!"
"Оставьте меня", – вяло отбивалась Нелли от серых сгустков, шнырявших рядом. Они были недовольны, раздражены и жалобно светились, словно тусклые огни в мутном бассейне. Прикасались к Нелли, требуя внимания, и тут же отдергивали свои щупальца. Она не пыталась вникнуть в причину их раздражения, относилась к ним, как к капризным детям: стоит прикрикнуть, и все разбегутся в слезах.
Тьма мягко несла ее, точно холодная, переполненная дождями река осенний лист. Нелли не сопротивлялась и плыла, сосредоточившись на новом чувстве.
Внутри нее, бывшей до встречи с Люциусом бесформенной чернильной кляксой в банке с водой, стал образовываться маленький, не больше крупинки соли, кристалл уверенности. Нелли заботливо лелеяла его в себе. Она чувствовала, что в ее "размазанном" и неясном состоянии возникает что-то важное. Хрупкая, но ощутимая основа, или еще сырой, но уже твердеющий фундамент. Нечто такое, что нельзя вырвать из души существа, изменить или сломать; невозможно разрушить заклинаниями, замутить зельями, заглушить россказнями и уверениями. Теперь Нелли чувствовала, что она имеет право и силу. Какое право и для чего? Пока не знала.
До перерождения она не производила впечатления бесхарактерной, при желании могла настоять на своем. Но, по большей части, Нелли была уступчивой и вялой девочкой, предпочитала выполнять требования и приказы других. Она терпеливо сносила придирки и упреки тетки Джен, мужественно посещала ненавистную школу, демонстрировала желание сопровождать Мариту, даже когда ей этого хотелось меньше всего. И очень убедительно делала вид, что ее голова пуста, в ней не водятся ни фантазии, ни идеи, ни чувства, ни "тараканы". Это позволяло жить достаточно спокойно.
Лишь одно иногда пугало Нелли: в повседневной жизни никто не мог заподозрить ее в милосердии, но когда обижали слабых, у нее "срывало крышу". В такие минуты покладистая девочка становилась упрямой, несокрушимой и жестокой. Чем всегда удивляла тех, кто в такие минуты оказывался рядом. Когда Марита для развлечения устраивала казнь случайно пойманной кошки, у Нелли руки не поднимались в этом участвовать: они в прямом смысле становились каменными и оживали, только чтобы вырвать несчастную жертву из рук друзей-палачей. Нелли вдруг превращалась в неукротимую боевую машину и крепкими аргументами кулака убеждала собравшихся заняться чем-то другими.
Потом она не раз сожалела о таких поступках, называла их "болезнью геройства". Однако в этом "геройстве" проявлялась ее странная сила, хоть и бесконтрольная. Теперь, после войны со сгустками, Нелли чувствовала, что у этой силы есть основание.
Темному Миру надоело существовать беспредельно. Постепенно темнота сменилась цветными разводами, перетекающими, словно бензиновые пятна в луже. Сгустки образовали вокруг Нелли кольцо. Ей пришлось выйти из кокона своих эмоций, поскольку она с каждым мгновением становилась плотнее и тяжелее. Кольцо сгустков начало вращаться, а Нелли начала терять силу, что было неприятно: ей не хотелось быть рыбой, вяло шевелящей плавниками, в давно не чищеном и затхлом аквариуме. Но выбраться из растущего тягостного бессилия она не могла.
Нелли уплотнялась, скукоживалась и холодела. Цветной мир постепенно терял краски, серел; вместе с ним выцвели и охромели мысли Нелли.
"Жаль, – вяло думала она, не имея сил остановить приближающуюся, как она думала, смерть. – Посмотреть бы на Люциуса еще раз".
"Что он сказал? Забыла!"
"Он сказал, что я – человек".
"А я – человек? Я – крыса!"
"Как тяжело быть одиноким человеком в теле крысы".
"Еще хуже быть озлобленной крысой в теле человека!"
"Нет-нет! Марита говорила: "По тому, кого ты считаешь своим врагом, можно понять, кто ты сам".
"Кот у камина – мой враг. Потому что я – крыса".
"Та, рыжая, – мой враг, потому что… я – человек. Потому что Крысолов что-то мне сказал!"
"Он сказал: "Я найду тебя!"
"Это хорошо. Хочу, чтобы он меня нашел".
"Как он меня найдет?"
"Как?"
"Нельзя умирать. Надо жить".
Люциус! – осторожно позвала Нелли.
Люциус! – более настойчиво.
← Ctrl 1 2 3 ... 19 20 21 ... 49 50 51 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0679 сек
SQL-запросов: 0