Электронная библиотека

Леонид Заковский, Сергей Уранов и др. - О методах и приемах иностранных разведывательных органов и их троцкистко-бухаринской агентуры

Получив непосредственно в военной миссии из рук капитана Обара деньги, оружие, фотоаппараты и подрывные материалы, запасшись подарками для Протопопова, Козлов с группой диверсантов ночью через территорию МНР проник на советскую территорию. В первый раз Козлов не решился войти в город Н… целой группой. Поэтому в нескольких километрах от Н… спутники Козлова были оставлены при лошадях в степи. Сам Козлов под покровом ночи пробрался в город пешком и, явившись к Протопопову, прямо рассказал ему о цели своего приезда, предложив Протопопову принять участие в подрывной работе.
Предложение соответствовало настроениям Протопопова, и после недолгого раздумья^ посоветовавшись с женой, он принял предложение.
Кроме того, он тут же дал Козлову информацию о положении в районе, о транспорте и об укреплениях; рассказал все, что ему было Известно. В ту же ночь Козлов отправился обратно в Маньчжурию. После этого визита Протопопов съездил в А…, к жене Козлова, рассказал ей о муже, обещал ей подарки от него и попутно выпытал от нее все, что она могла знать о Красной Армии. Свое знакомство с кулаком спецпереселенцем работавшим на подвозе материалов на военное строительство, он использовал для получения сведений о строительстве, расспросил его о расположении укреплений и наиболее удобных подступов к ним. Второй раз Комоз и его банда явились в Н… на лошадях прямо в усадьбу Протопопова. Как раз этот приезд и заметил рабочий Кузнецов.
В этот раз Козлов привез несколько контрреволюционных прокламаций, одну из которых он вместе с Протопоповым на рассвете наклеил на стене завода около станции Н… При содействии Протопопова Козлов сделал несколько снимков станции Н… и прилегающих железнодорожных объектов и путей. Было условлено, что в следующий приезд Козлова Протопопов поможет диверсионно-разведывательной группе проникнуть непосредственно к объектам укрепленного района.
По приезде в Маньчжурию Козлов доложил о достигнутых успехах капитану Обара в присутствии Декина, Доклад вызвал восхищение главы миссии. Ободренные успехами диверсанты по предложению капитана Обара должны были следующую вылазку совершить во главе с сотрудником миссии Иногучи. На этот раз враг просчитался. Третья поездка японо-фашистской банды на территорию СССР окончилась полным провалом. Подрывная работа капитана Обара на этот раз потерпели поражение потому, что "простые", "незаметные" сыны Советского государства - рабочий Кузнецов и пастух-бурят Амагаев проявили бдительность. Они поступили как подлинные сыны социалистической родины.
То, что мы здесь рассказали, является лишь одним из многочисленных фактов подрывной работы некоей разведки на территории СССР. Этим случаем не исчерпываются все методы работы шпионов-диверсантов, но и он достаточно ярко показывает методы работы врага и те элементы, среди которых враг вербует свою агентуру и пособников. Ми должны знать, что, пока капиталистический мир не перестанет существовать, диверсионно-шпионская работа против страны социализма будет продолжаться. Конкретная бдительность, внимание к "мелочам" помогут своевременно разоблачать врага и беспощадно пресекать его подрывную работу,

В. Кандидов. Церковные шпионы японского империализма

Статья в журнале "Спутник агитатора" № 14 за 1937 год. стр. 24–27
Церковь, испытанный союзник и орудие всякой реакции и контрреволюции, является для иностранной, в частности японской, разведки одним из резервов ее шпионских и диверсантских "кадров".
В истории японского шпионажа особую роль выполняла а выполняет японская православная церковь, существующая в Японии с 1858 г. Она возникла в результате миссионерской деятельности православных попов, посланных царским правительством в Японию для шпионажа к укрепления влияния российского империализма.
Японское правительство вполне терпимо относилось к этой организации царского шпионажа, так как японские православные попы охотно "совместительствовали" в японской разведке, оказывая и ей свои шпионские услуги.
После победы советской власти их двойная служба окончилась, и они целиком "посвятили" себя японским хозяевам. Начиная с 1917 г. японские православные попы активно борются против советской власти и ведут гнуснейшую контрреволюционную и шпионскую работу.
По заданию епископа Сергия, японский православный поп Симон Мий осенью 1917 г. поехал в Россию, чтобы установить контакт с всероссийским церковным собором - главным центром антисоветской религиозной организации. Он передал пленуму собора пожелания успеха от японцев, а собор в свою очередь через японского попа приветствовав японскую церковь.
Несколько позже, когда японская военщина уже приступила к оккупации нашего Дальнего Востока, Симон Мий, этот шпион в православной рясе, вместе со своим сообщником, тоже японским попом Павлом Морита, приезжал в Сибирь по поручению японских капиталистов и военной разведки. Выполняя задание японской разведки, эти попы выпустили воззвание, опубликованное в ноябре 1918 г. в церковном журнале "Известия по омской епархии". В этом воззвании шпионы заявляли, что они приехали с целью выразить всем православным "сердечное соболезнование" от имени японской церкви, оказать им "посильные услуге" и "послужить делу укрепления дружественных отношений". В какой же форме тогда выражались "дружественные отношения" японских генералов и их "посильные услуги" населению Сибири? Еще в ноябре 1917 г. японские крейсера вошли во Владивосток, 5 апреля 1918 г. был высажен первый десант, 4 августа - второй десант. "Посильные услуги" японской военщины выразились в отправке стотысячной оккупационной армии, обильно снабженной пушками, снарядами, патронами, бомбами, гранатами.
Свою грабительскую политику интервенции в советской Сибири японская военщина прикрывала лживыми и лицемерными заверениями о своем желании "помочь святым элементам Россия объединиться против грабителя земли и души - немца - и восстановить на святой Руси мир и порядок".
Сейчас, когда германский и японский фашизм так трогательно подружились и закрепили эту дружбу особым официальным договором, японским генералам, вероятно, даже неприятно вспоминать о том, что устами своих шпионов они не так еще давно называли своих теперешних друзей - немцев - грабителями. Но ни для кого не секрет, что не в немцах было дело, когда японские империалисты пошли вооруженным походом против советской власти. Цель японской оккупации была совершенно определенная и ясная: империалистический грабеж и захват советской Сибири.
В тот период весь аппарат японской православной церкви проводил самую разнообразную антисоветскую и шпионскую работу, а глава миссии епископ Сергий давал тайной полиции сведения о приезжавших в Японию эмигрантах.
Очень многие японские православные церковники были мобилизованы для службы в частях оккупационной армии, действовавшей на территории Дальнего Востока.
Бывший белогвардейский генерал Болдырев, член уфимской эсеровской директории, посетивший Японию в 1919 г. и впоследствии служивший интервентам на Дальнем Востоке, в своих воспоминаниях пишет:
"Воспитанники Суррагадайской семинарии, получившие образование за счет миссии… командируются переводчиками в японские полки, находящиеся в Сибири, где благодаря недурному знанию русского языка оказывают немалую услугу по изучению столь интересующего японцев материка".
В действительности услуги, которые японские церковники оказывали оккупационной армии, выражались не только в "изучении материка", но также в самой разнообразной шпионской деятельности и содействии войскам. Благодаря знанию русского языка и своему церковному званию японские православные попы устанавливали нужные связи, собирали шпионские сведения, активно участвовали в борьбе с партизанским движением, помогали японским генералам в составлении и распространении лицемерных воззваний "о сочувствии". Сам начальник японского генерального штаба генерал Уехара говорил тогда Болдыреву, что в японской оккупационной армии духовенство выполняет "большую работу".
Японские попы участвовали в нападении японских войск на партизанские части 4–5 апреля 1920 г. во Владивостоке, Нижне-Уссурийске, Хабаровске и многих других городах. Японские войска при участии попов устраивали в те дни кровавые погромы в рабочих кварталах, убили тысячи рабочих и крестьян Дальнего Востока.
Епископ Сергий имел тесную связь с атаманом Семеновым, Японские православные попы получали у Семенова деньги на японское православие и ездили к нему с различными поручениями от японских фирм.
На протяжении всей своей дальнейшей истории японское православное духовенство ведет гнусную работу продажных шпионов и разведчиков, широко пользуясь испытанным средством всякого шпионажа - ложью и лицемерием. Достаточно сказать, что после захвата японскими войсками Маньчжурии епископ Сергий возвестил открытие "земного рая" на манчжурской земле. Этот "рай", как известно, строится пушками и кровью. В таком "строительстве" религиозные организации всегда помогают своим хозяевам.
Наряду с использованием японских православных попов японская разведка вербует шпионов и среди русских православных попов, считая их шпионскую работу особенно эффективной и ценной.
Свою вербовочную работу среди православных русских попов японская разведка проводит с начала текущего столетия. Уже тогда некоторые попы охотно служили ей в качестве шпионов. Знаменитый провокатор поп Гапон выполнял шпионские поручения японской разведки, которая оплачивала его "услуги" через японского военного атташе в Стокгольме.
← Ctrl 1 2 3 ... 33 34 35 ... 63 64 65 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2017

Генерация страницы: 0.0166 сек
SQL-запросов: 0