Электронная библиотека

Игорь Губерман - Смотрю на Божий мир я исподлобья...

Игорь Губерман - Смотрю на Божий мир я исподлобья...
Кто из современных писателей может с легким сердцем посмеяться над неизбежностью старения и слабоумия, одновременно при этом прославляя красоту и хитрость женщин и воспевая спасительную силу вина и веселого блуда? Пожалуй, только прославленный сатирик Игорь Губерман. В переиздание входят уже полюбившиеся "Шестой иерусалимский дневник" и "Седьмой дневник", а также новые, специально для этой книги созданные гарики.
Содержание:

Игорь Губерман
Смотрю на Божий мир я исподлобья…

Шестой иерусалимский дневник

Часть первая

В любой мелькающей эпохе,
везде стуча о стену лбами,
мы были фраеры и лохи,
однако не были жлобами.
* * *
Не то чтобы печален я и грустен,
а просто стали мысли несуразны:
мир личности настолько захолустен,
что скукой рождены его соблазны.
* * *
Реальность этой жизни так паскудна,
что рвётся, изнывая, на куски
душа моя, слепившаяся скудно
из жалости, тревоги и тоски.
* * *
Свободно я орудую ключом
к пустому головы моей сосуду:
едва решу не думать ни о чём,
как тут же лезут мысли отовсюду.
* * *
Накалялся до кровопролития
вечный спор, существует ли Бог,
но божественность акта соития
атеист опровергнуть не мог.
* * *
Мессия вида исполинского
сойдёт на горы и долины,
когда на свадьбе папы римского
раввин откушает свинины.
* * *
Я и откликнувшийся Бог -
вот пара дивных собеседников,
но наш возможный диалог
зашумлен воплями посредников.
* * *
Все мы перед Богом ходим голыми,
а пастух – следит за организмами:
счастье дарит редкими уколами,
а печали – длительными клизмами.
* * *
Людей ничуть я не виню
за удивительное свойство -
плести пугливую хуйню
вокруг любого беспокойства.
* * *
Мне стены комнаты тесны,
сегодня в путь я уложусь,
а завтра встречу три сосны
и в них охотно заблужусь.
* * *
Ушли мечты, погасли грёзы,
усохла роль в житейской драме,
но, как и прежде, рифма "розы"
меня тревожит вечерами.
* * *
Забавно мне: среди ровесников
по ходу мыслей их таинственных -
полно пугливых буревестников
и туча кроликов воинственных.
* * *
С утра душа моя взъерошена,
и, чтоб шуршанье улеглось,
я вспоминаю, что хорошего
вчера мне в жизни удалось.
* * *
Нашёл я для игры себе поляну,
играю с интересом и без фальши:
в далёких городах, куда ни гляну,
я думаю о тех, кто жил тут раньше.
* * *
Живу не в тоске и рыдании,
а даже почти хорошо,
я кайфа ищу в увядании,
но что-то пока не нашёл.
* * *
А на зовы прелестного искуса
я с отмеченных возрастом пор
то смотрю с отчуждением искоса,
то и вовсе – не вижу в упор.
* * *
Душа моя однажды переселится
в застенчивого тихого стыдливца,
и сущая случится с ним безделица -
он будет выпивать и материться.
* * *
Истории слепые катаклизмы,
хотя следить за ними интересно,
весьма калечат наши организмы -
душевно даже больше, чем телесно.
* * *
В дому моих воспоминаний
нигде – с подвала по чердак -
нет ни терзаний, ни стенаний,
так был безоблачен мудак.
* * *
Я ободрял интеллигенцию,
как песней взбадривают воинство,
я сочинял им индульгенцию
на сохранение достоинства.
* * *
Так часто под загадочностью сфинкса -
в предчувствии томительном и сладком -
являлись мне бездушие и свинство,
что стал я подозрителен к загадкам.
* * *
Он оставался ловелас,
когда весь пыл уже пропал,
он клал на девку мутный глаз
и тут же сидя засыпал.
* * *
Кто верил истово и честно,
в конце концов, на ложь ощерясь,
почти всегда и повсеместно
впадал в какую-нибудь ересь.
* * *
Я мучу всех и гибну сам
под распорядок и режим:
не в силах жить я по часам,
особенно – чужим.
* * *
Всё в мире любопытно и забавно,
порой понятно, чаще – не вполне,
а замыслы Творца уж и подавно -
чем дальше, тем загадочнее мне.
* * *
Благодарю, благоговея,-
за смех, за грусть, за свет в окне -
того безвестного еврея,
душа которого во мне.
* * *
Я на сугубо личном случае
имею смелость утверждать,
что бытия благополучие
в душе не селит благодать.
* * *
Ко мне стишки вернулись сами,
чем я тайком весьма горжусь:
мой автор, скрытый небесами,
решил, что я ещё гожусь.
* * *
Забавно мне моё еврейство
как разных сутей совмещение:
игра, привычка, лицедейство,
и редко – самоощущение.
* * *
В жестоких эпохах весьма благотворным
я вижу (в утеху за муки),
что белое – белым, а чёрное – чёрным
узрят равнодушные внуки.
* * *
Все темы в наших разговорах
кипят заведомым пристрастием,
и победить в застольных спорах
возможно только неучастием.
* * *
Сегодня старый сон меня тревожил,
обидой отравив ночной уют:
я умер, но довольно скоро ожил,
а близкие меня не узнают.
* * *
С судьбой не то чтоб я дружил,
но глаз её всегда был точен:
в её побоях (заслужил)
ни разу не было пощёчин.
* * *
Я на гастролях – в роли попугая,
хотя иные вес и габарит:
вот новый город, публика другая,
и попка увлечённо говорит.
* * *
Наше бытовое трепыхание
зря мы свысока браним за водкой,
это благородное дыхание
жизни нашей, зыбкой и короткой.
* * *
А премий – ряд бесчисленный,
но я не награждаем:
мой голос легкомысленный
никем не уважаем.
* * *
Весьма в ходу сейчас эрзацы -
любви, привязанности, чести,
чем умножаются мерзавцы,
легко клубящиеся вместе.
* * *
К долгой славе сделал я шажок,
очень хитрый (ибо не дебил):
новые стихи я с понтом сжёг
и про это всюду раструбил.
* * *
Сопит надежда в кулачке,
приборы шкалит на грозу;
забавно жить на пятачке,
который всем – бельмо в глазу.
* * *
Кто много ездил, скажет честно
и подтвердит, пускай беззвучно,
что на планете нету места,
где и надёжно, и не скучно.
* * *
Когда, восторжен и неистов,
я грею строчку до кипения,
то на обрез попутных смыслов
нет у меня уже терпения.
* * *
Моя задорная трепливость -
костюм публичности и членства,
а молчаливость и сонливость -
халат домашнего блаженства.
* * *
Так редок час душевного прилива,
ласкающего старческую сушь,
что я минуты эти торопливо
использую на письменную чушь.
* * *
Пока живу, звучит во мне струна -
мучительная, жалобная, лестная;
увы, есть похоть творчества – она
живучей, чем сестра её телесная.
* * *
Шушера, шваль, шантрапа со шпаной -
каждый, однако, с пыльцой дарования -
шляются в памяти смутной толпой
из неразборчивых лет созревания.
* * *
С утра весь день хожу смурной,
тоской дыханье пропиталось,
как будто видел сон дурной
и ощущение – осталось.
* * *
Движение по небу облаков,
какая станет баба кем беременна,
внезапную активность мудаков -
Создатель расчисляет одновременно.
* * *
Страница: 1 2 3 ... 32 33 34 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2018

Генерация страницы: 0.0002 сек
SQL-запросов: 0