Электронная библиотека

Геннадий Янаев - ГКЧП ПРОТИВ ГОРБАЧЕВА. ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ЗА СССР

С 19 по 21 августа я по два раза в день проводил заседания ГКЧП. Председатель правительства В.Павлов, к сожалению, побывал лишь на одном из них. За тем сказался больным и слег с гипертоническим кризом. Его первый заместитель Догужиев, казалось, принял на себя обязанности главы кабинета министров, но мои распоряжения фактически саботировал. А поручил я ему принять экстренные правительственные меры по снижению цен на детские товары, продовольствие и другую продукцию повышенного спроса, а так же по всемерному обеспечению сельскохозяйственных работ (ведь была в разгаре уборочная кампания). Впоследствии некоторые явно "недружелюбно" настроенные граждане пытались попрекать меня этими, на их взгляд, чисто популистскими (и, к огромному для меня сожалению, невыполненными) поручениями. Отвечал я этим "оппонентам" примерно так: "Популизм - это когда провозглашают одно, а делают нечто совершенно противоположное. К примеру, "борьба" вашего кумира Ельцина с привилегиями... Действия же властей, направленные на улучшение жизни народа, не только облегчают его трудное существование, но и укрепляют государство. Снижение цен, на взгляд обычных людей, - несомненное благо (лучше всех это понимал Сталин), а повышение - несомненное зло. Вот какую простую истину не мешало бы вам всем уяснить"...
С Догужиевым у меня вроде бы сложились к тому времени весьма неплохие профессиональные и товарищеские отношения. В свое время мы по поручению Горбачева совместно корпели "денно и нощно", в частности, над разработкой схемы кабинета министров и, можно сказать, сдружились. Но друзья, как известно, в беде познаются...
Когда провал операции по спасению Советского Союза стал очевиден для всех, я позвонил этому "другу" и сказал ему: "Спасибо тебе за неоценимую помощь в нашем общем правом деле. Ведь наше дело правое, не так ли? Вот только отчего-то победа не за нами. Наверное, потому, что без иуд-предателей в этом деле явно не обошлось...".
Геннадий Янаев был в состоянии к 19 августа 1991 года заблокировать, к примеру, все выходы и входы в метро, наладить патрулирование улиц Москвы, не допустить того, чтобы народ собрался у Белого дома. Янаев мог, как это делает демократическая власть, разогнать толпы мирных людей омоновскими дубинками, принять меры для того, чтобы народные депутаты России с периферии не смогли добраться до Москвы на чрезвычайную сессию Верховного Совета. По команде Янаева сотни и сотни людей могли бы в ночь с 18 на 19 августа на нужное время исчезнуть бесследно. Янаев мог сделать это и многое другое. Но...
Ничего подобного сделано им не было и не планировалось. Только потому, что Янаев, Крючков, Пуго и другие делать этого не хотели. Я расцениваю действия Янаева как акт гражданского мужества, героизма. Если же говорить об отношении общества к происходящим процессам... Сточки зрения правящей демократии, революция 1917 года считается чуть ли не величайшим злом. Хотя раньше вся страна считала наоборот. Что же касается событий августа 91-го, то государственные мужи, люди большого мужества и совести, хотели спасти великую страну и ее народ от горя и нищеты. Не получилось. Несомненно, они войдут в историю как декабристы XX века.
(Абдулла Хамзаев, заслуженный юрист РФ, адвокат Г.И.Янаева в "деле ГКЧП")

ВОПРОСЫ POST SCRIPTUM

- Геннадий Иванович, известно ли вам, кто из журналистов или литераторов писал "Обращение к советскому народу", ну или занимался его литературной обработкой?
- Ну, насколько мне известно (воззвание ГКЧП готовилось еще до того, как согласился войти в него), основной автор и у "Слова к народу", и у "Обращения к советскому народу" - один, замечательный писатель, публицист, трибун А.А.Проханов. Но это совсем не удивляет. Гораздо удивительнее другое. В разработке других документов, планов, операций ГКЧП принимал самое деятельное участие тогдашний командующий ВДВ Грачев, который, как заправский Труффальдино, умудрился послужить в те августовские дни сразу не скольким "господам". Сначала активно "помогал" Язо ву, а 20 августа открыто переметнулся к Ельцину. Употребляю слово "открыто" потому, что втайне Грачев обслуживал-информировал Ельцина, по всей видимости, еще до объявления о создании ГКЧП. Стоит ли после этого мучиться вопросом: отчего наше начинание завершилось крахом?..
- За время вхождения в высшее руководство страны у вас был, по-видимому, самый высокий уровень до пуска к секретным материалам. Если это возможно, в общих чертах расскажите, пожалуйста, что это были за секреты.
- Многие секреты содержались в той самой "Особой папке", которую вовсю использует в своих теле программах наверняка известный вам Л.Млечин. Не стану акцентировать внимание на "творчестве" этого журналиста, однако отмечу один любопытный факт. После Августа-91, когда ельцинские "демократы" упивались победой над союзным государством, многие секретные архивы, относящиеся к советской эпохе, были ими опрометчиво приоткрыты. Причем для исследователей самой разной политической и морально-нравственной ориентации. Тогда же уважаемый мной историк Юрий Жуков почерпнул немало сведений для своих, основанных на подлинных документах, книг. "Поработали" с этими архивами, само собой, и всякие-разные волкогоновы. Когда же ельцинисты осознали, насколько опасна для них правда о прошлом нашей страны, они, как ни в чем не бывало, опять засекретили мегатонны официальных бумаг.
- Вы никогда не задумывались над таким довольно "странным" в нашей новейшей истории феноменом, как вице-президентство? "Странность" его в следующем. Два вице-президента, вы и Руцкой, брали на себя в августе 91-го и в сентябре - октябре 93-го временные президентские полномочия, и оба раза это заканчивалось историческими "белодомовскими" событиями. Правда, вопреки известному афоризму, в первый раз инцидент больше походил на фарс (хотя и с привнесенными элементами трагедии), во второй же завершился самой настоящей трагедией - чудовищным расстрелом защитников "Белого дома". После той кровавой расправы вице-президентство приказало у нас долго жить...
- Я, конечно же, думал над этим любопытным сов падением. Действительно, в истории страны только мы с Руцким были вице-президентами. Причем в августе 91 находились, как говорится, по разные стороны баррикад. Ну что тут можно сказать... Такие совпадения, как правило, бывают обусловлены какими-то объективными или субъективными причинами. Я понимал, что Горбачев толкал страну к пропасти. Руцкой, по-видимому, в 1993-м осознал, что Ельцин в этом плане ничем не лучше Горбачева. Примешивались ли тут какие-то личностные факторы - тщеславие, властолюбие и т. п.? В случае со мной - однозначно нет. За Руцкого говорить не стану, пусть он сам за себя отвечает.
В связи с этими событиями весьма примечательны и другие обстоятельства. Например такое. Многие из тех, кто в августе 1991 года были, по сути, "защитниками Белого дома" в кавычках, в начале октября 93-го от этих кавычек (к сожалению или даже прискорбию) "избавились". Кто-то - ценой собственной жизни, тяжелого ранения или глубочайшей морально-психологической травмы. И как бы наши сограждане ни относились и к тому и к другому противостояниям, в обоих принимали участие прекрасные романтики, героические идеалисты, настоящие патриоты, истинно неравнодушные люди. Хотя и мерзавцев-провокаторов там тоже наверняка было немало...

РЕТРОСПЕКТИВА

Павел Коробов, "Коммерсант", 18 августа 2001 г.
- Так что, идея создания ГКЧП принадлежала Горбачеву?
- Горбачев не отвергал эту идею. Более того, за день до его отпуска, 3 августа, было заседание кабинета министров. Президент как глава исполнительной власти присутствовал на нем. Министры тогда прямо говорили, что страна катится в пропасть, что необходимо принимать меры. Горбачев же сказал, что "мы не позволим развалить Советский Союз, будем принимать все меры вплоть до введения чрезвычайного положения". Вот с этими словами Горбачев улетел в Форос. И тот документ, который был нами обнародован 19 августа, - это один из вариантов, который готовился для Горбачева. И когда группа товарищей прилетела 18 августа в Форос, Горбачев не сказал, что не надо вводить чрезвычайное положение. Он сказал, что "надо меры принимать, но вы поймите меня, я не могу в этом участвовать". Почему? Ему было выгодно нашими руками решить все свои проблемы, включая проблему Ельцина.
Олег Капитанов. Интервью с Г.И.Янаевым. "Ленинская смена", Нижний Новгород, 27 февраля 1993 г.
- У вас было много времени для раздумий... Если бы повторилось 18 августа 1991 года, вы поступили бы также?
- По мотивации - да, но действовал бы по-другому. Все дело в том, что мы не руководствовались логикой путча. Да и вообще какой может быть заговор, когда вице-президент ничего еще не знает, а в Форосе уже идут переговоры с Горбачевым... Узнав о том, что произошло в Форосе, об изоляции или самоизоляции президента Горбачева, я совершил тогда, в августе-91, как гражданин Союза и вице-президент, Поступок с большой буквы и нисколько не жалею об этом. Ситуация была такова, что как только 20 августа подписывался бы Союзный договор - Союз исчезал как таковой. И принимать решительные меры по спасению великой страны дол жен был в первую очередь президент... Горбачев самоустранился от дел, я тоже бы мог отойти в сторону, но это была бы подлая и трусливая позиция, позиция Горбачева. В условиях крайней необходимости я взял на себя ту грязную работу, которую не взял Горбачев...
- Вернемся к первым дням "путча", к тому, что связано со штурмом Белого дома...
← Ctrl 1 2 3 ... 18 19 20 ... 35 36 37 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2018

Генерация страницы: 0.0095 сек
SQL-запросов: 1