Электронная библиотека

Александр Тюрин - Вася-василиск, или Яйцо Цинь Шихуанди

Видимо, вначале еще держал, потому что когда Василий вылетел из вихря, то заметил, что земля приближается не так уже быстро. А уста фрау Зингер, спасаясь от пыли, фактически примкнули к его устам. Но потом удерживавший блок превратился в стайку атомов, до земли же оставалось еще целых пятнадцать метров, при довольно-таки приличной вертикальной скорости. А если учесть горизонтальную скорость, то получалось, что они должны врезаться в какой-то чудом уцелевший торговый павильончик внизу.
- Сгруппируйтесь, - крикнула женщина; похоже она когда-то занималась акробатикой. Перед столкновением он заметил, как зажглись и надулись ящерные полосы на его руках.
Пластиковая крыша хоть и прорвалась, но сильно замедлила два "метеорита", они влетели в груду картонных ящиков, пробили ее наполовину и, наконец, остановились.
- Приехали. Ровно в горшок, сто очков из ста возможных.
Минута счастья, полосы на руках погасли и сдулись, русский отставник и австрийская маркетолог обнимались и даже три раза поцеловались. И делала она это не абы как, а с чувством и толком. Более того, она впервые шепнула ему: "Liebling" и Василий догадался, о чем разговор.
Однако, когда он высунул голову из груды картонных коробок, то увидел, что с трех сторон к ним бегут моджахеды вперемешку с душманами, оскалив зубы, и строчат из всех видов оружия. Сверху же заходят "Викинги" и кого будут сперва бить, неизвестно. А в голове муть какая-то, и в боку боль.
Он невесело глянул в четвертую сторону, собираясь увидеть очередное войско, но обнаружил стремительно приближающееся нечто, оптическое искажение, которое более всего походило на облачко. Когда оно замерло, ненадолго приняло более-менее определенные очертания - обтекаемой, зеркальной, сплюснутой а-ля НЛО машины. На ее носу разверзся люк, Василий пытался подхватить женщину, но она заметалась и вырвалась из его рук. А затем появился Акай - живучий же парень - и куда-то повел ее.
Очередь из крупнокалиберного пулемета прошила воздух рядом с ухом, тут уж не до сентиментов, Майков прыгнул в зево машины и наступила тьма.
Опять попался, никакая это не машина. Его понесло вихрем серебристой жидкости - все более вязкой и быстрой. Он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, и не слышал собственного дыхания.

По волнам памяти

Очнулся совсем в другой местности - двурогая скала, срубленная молнией чинара, жаркие камни. И никакой машины рядом, ни целой, ни разбитой.
Судя по природе, местность эта на тысячи километров удалена от Ландскрона-Сити. Ландшафт и растительность Василию знакомы. Большой Кавказ. Если бы не приличный синяк на боку, залепленный дермопластом со следящим микрочипом, Василий мог бы сказать, что дело происходит двенадцать лет назад. Дермопласт-то можно уже и отклеить, гематому почти что сняло.
Он был в футболке, ботинках и штанах, таких грязных, будто на них состоялась Бородинская битва. Еще на нем был броник с дыркой. Имелся также автомат Daewoo K-20 c двумя обоймами - "подарок" Саида Бекмурадова. 12 лет назад Василий был экипирован получше. И мышцы не те, и позвоночник с суставами - не те, что тогда.
Но задание он понял. Вернуться в Тарскую. Его опять послали подальше бани, к анчару.
Шел ночью, при лунном свете. Без опытных людей, знающих и чувствующих местность, без спутниковой навигации - у бодика не ладилось с блоком связи - это было тяжело. Маршрутные карты, хранящиеся в памяти Навигатора, не мешали Василию Савельевичу плутать среди малоузнаваемых скал, круч и утесов. Бодик, имеющую туже оптическую информацию, что и хозяин, мог только подрисовывать виртуальные контуры окружающей местности. Но главный ориентир - полуразрушенную башенку - Майков все-таки нашел и провел там день, несмотря на присущий ей запах мочи. Пока коротал там время, подбадривал себя нашедшимися у бодика стрелялками.
Несколько раз в поле зрения появлялись овечьи отары в сопровождении пастухов-автоматчиков, но те шли в направлении перевала и не приближались к башне. Ночью Василий опять пустился в путь. Ему, похоже, не слишком везло - астрологи объяснили бы это пагубным влиянием Сатурна и Плутона. Ландшафт напоминал лабиринт, Майкову казалось, что в камнях сидят коварные сущности типа троллей, которые умеют водить за нос.
Его плутания по лабиринту завершились совершенно предсказуемо. Встречей с минотавром. Послышался шорох - собственно, этот ничем не отличался от сотен других. Да и чего удивительного в шорохе? Тот же камень живёт своей замедленной, но вполне настоящей жизнью: поглощает, выделяет, растет, распадается, совокупляется даже, ведет напряженную борьбу с окружающей средой - ветром и водой. Может треснуть и развалиться.
Последний шорох ничем не отличался от других, но он не понравился Василию. Ночной путник насторожился, прислушался, однако это не помогло. Василий поднял автомат, повернулся туда-сюда, озирая по кругу окрестности, сделал шаг и тут же земля вылетела из-под ног, оружие из рук, а сам он сильно треснулся боком. Хорошо хоть не тем, больным. Василию еще вывернули руки, схватили за шиворот, и в этом виде понесли мордой вперед. Всё, спалился? Его поднесли к крохотному, но страшно едкому фонарику, потом грубо задудели в ухо:
- Попался, гаденыш. Ну-ка признавайся, куда тебя послал Хожа Ахмет?
Затем вопрос в грубой форме был повторен на английском и четырех азиатских языках.
- Я не могу признаться, куда меня послал Хожа Ахмет, потому что я с ним не знаком, - честно выдавил Василий. - Вы так сильно тянете за шиворот, что из меня не вылезают никакие звуки, кроме хрюканья.
- Парни, ослабьте-ка хватку, - скомандовал кто-то, - свяжите ему ручонки за спиной и усадите.
Приказано-сделано. Парни сделали вид, что ослабили хватку, быстренько стянули руки Майкова липкой лентой и усадили на какой-то холодный булыжник.
- Да, теперь, пожалуй, мне лучше, - согласился Василий. - За исключением звука "о" я могу произносить все необходимые звуки. Хожа Ахмет меня, конечно бы, послал, если бы мы были хоть немножко знакомы.
- Так ты русский? - спросил тот, кто до этого уже отдавал приказы.
- Меня, кстати, Василий зовут, а вас?
- Мы не на танцах, чтобы знакомиться, - сказал малоразличимый даже при лунном сиянии командир. - Да и кавалер ты незавидный. В горы драпанул, от службы летаешь. Оружие украл, с поста скрылся. Нехорошо. Другие, значит, должны интересы страны защищать, а ты, понимаешь, будешь пользоваться всем готовеньким.
- Не спрашивай о том, что страна сделала для тебя, подумай, что ты сделал для нее, - всецело поддержал Василий. - В свое время я от службы не летал, а теперь здесь по личному делу. Какой из меня дезертир, если я уже почти пенсионер?
Кто-то из солдат доложил:
- Командир, автоматец-то не из наших арсеналов, османский.
- Да трофейный он, блин, в бою взял, - стал оправдываться Василий.
- Для боя у тебя должен иметься военный билет и приказ, иначе это не бой, а самоуправство. Ты понимаешь, странный гражданин, что я сейчас тебя шлепнуть могу, как боевика, - судя по звукам, командир поменял обойму в крупнокалиберном пистолете.
- Не застрелите вы меня, командир, - довольно уверенно произнес Василий. - Я ведь во сне буду являться вам, душить, пальцем грозить. А когда помрете, отбуксирую вашу душу в адское пекло, да еще стану лично угольки в плазму подсыпать.
Командир спрятал пистолет.
- Адское пекло здесь. Понял, земляк? Для всех, кто его заслужил… Ну, если ты не дезертир и не шпион, то чего здесь потерял?
- Я, похоже, ищу одну вещь. Это из области мистики, так что вам неинтересно.
- Интересно, - крепко пихнул его собеседник.
- Это такая штука, похожая на молодой месяц, открывает доступ к другой штуке, похожей на яйцо, из которой вылетают драконы. Если дракона оседлает не тот, кто надо, он может понаделать много зла.
- Драконы, говоришь?
- Это ж не я придумал, а ученые-китаисты. Китайцы ведь были главные специалисты по драконам.
- Хилую ты себе легенду придумал. А что за зло такое?
Василий, конечно, не мог рассказать первому встречному все подробности, да и вряд ли бы тот поверил.
- Большее, чем то, что может сделать человек сам по себе.
- Ты можешь мне назвать то, что является одним только злом и одним только добром?
- Да вы философ, командир.
- Приходится, земляк.
- А откуда вы знаете, что я земляк.
- Оттуда, - кратко ответил собеседник.
- Отпустите меня, майор, - попросил Василий.
- Откуда знаешь мое звание? - несколько опешил собеседник.
- Карты нагадали… Если в мой организм вживлен маячок, то у вас могут быть неприятности из-за меня.
- Неприятности могут быть только у тебя из-за нас. А с твоими "жучками" мы быстро разберемся. Эй, Чернов, обведи-ка пленного сканнером.
- Да я не пленный.
- Пленный лучше, чем покойный, - резонно заметил майор, а Чернов, возникший громоздкой тенью, просто провел рукой - в перчатку унего, наверное, был спрятан детектор.
Сканирование дало утешительные для всех результаты, хотя Василий знал, что активация молчащих "закладок" не всегда срабатывает, особенно это касается киберорганических "жучков".
- Двинулись, - велел командир, - Келин вперед, Чернов замыкает, нового члена навьючить так, чтобы ему тошно было.
И Василия пригнули к земле рюкзаком кило на пятьдесят, причем сказали, что там взрывчатка, поэтому бросать не рекомендуется. Поскольку земля тут же встала под углом в тридцать градусов, то от нее до носа оставалось не более двадцати сантиметров. Впрочем, ночью больше и не требовалось.
- Я вам сочувствую, - сказал Вергилий, - но могло быть и хуже.
- Еще может быть хуже.
← Ctrl 1 2 3 ... 38 39 40 ... 57 58 59 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0347 сек
SQL-запросов: 1