Электронная библиотека

Александр Васильев - История Византийской империи. Том 1

[науч.ред.21]

Хотелось бы отметить, что в своих рассуждениях о войне Юстиниана с крупными землевладельцами А.А. Васильев прав лишь частично. Действительно, борьба с ними отвечала, в конечном счете, государственным интересам, как-то защищая мелкого землевладельца: основного воина и плательщика налогов. Однако Юстиниан, как глава государства, поступал по отношению к крупным землевладельцам как еще более крупный земельный магнат, озабоченный увеличением своих собственных владений, в какой-то мере, правда, и благополучием своих "работников". Объективно говоря, все конфискации, не решая проблемы, вели лишь к увеличению домена императора. Судя по всему, следует говорить о том, что Юстиниана заботили не крупные землевладельцы как таковые. Вероятно, он опасался ситуации, что такие люди начнут ему, самодержцу, диктовать свою волю.

[науч.ред.22]

Видимо, по отношению к Египту. В тексте – "over the sea it invaded".

[науч.ред.23]

А.А. Васильев не успел ознакомиться с одной важной работой, где очень подробно рассмотрены все анализируемые им в данном разделе вопросы: Н.В. Пигулевская. Византия на путях в Индию. Из истории торговли Византии с Востоком IV-VI вв. М.; JI., 1951; idem. Byzanz auf den Wegen nach Indien. Aus der Geschichte des byzantinischen Handels mit dem Orient von 4. bis 6. Jahrhundert. Berlin, 1969.

[науч.ред.24]

Начиная с русского издания 1917 г. (с. 160), А.А. Васильев воспроизводил не вполне точный перевод этого места: – "остров, находясь в центре". Между тем, стоящее здесь в греческом тексте слово означает именно "посредник".
По-настоящему научное издание "Христианской топографии" Космы Индикоплова вышло через два десятилетия после смерти А.А. Васильева. (Cosmas Indicopleustes. Topographie chretienne. Tome I (livres I-IV.). Introduction, texte critique, illustration, traduction et notes par W. Wolska-Conus. Paris, 1968. Sources chretiennes, n. 141; t. II (livres V). Paris, 1970. Sources chretiennes, n. 159; t. III (livres VI-XI; index). Paris, 1973. Sources chretiennes, t. 197). Именно поэтому в данных примечаниях ссылки даны на новое издание, а имеющаяся устаревшая информация А.А. Васильева опущена. В данном конкретном случае имеется в виду следующее место: XI, 15. По новому французскому изданию – t. III, р. 344.

[науч.ред.25]

Перевод сделан по греческому тексту, воспроизведенному во французском издании с учетом французского перевода.

[науч.ред.26]

То есть византийских.

[науч.ред.27]

Стиль Космы Индикоплова, писавшего о себе самом во множественном числе.

[науч.ред.28]

Крупный торговый порт, существовавший в древности на территории современной Эфиопии.

[науч.ред.29]

В данном случае – общий термин для обозначения должностных лиц.

[науч.ред.30]

В английском тексте здесь стоит слово fragment, в отличие от русского означающее и "фрагмент", и "отрывок". В связи с этим представляется необходимым сделать одно уточнение, отсутствующее у А.А. Васильева. Действительно, от Нонна сохранился в составе знаменитой "Библиотеки" патриарха Фотия (Cod. 3) один отрывок, но этот отрывок, по традиции, восходящей ко второй половине XIX века, делится на три фрагмента – frgm. I, frgm. 2a, frgm. 2b. Все то же самое относится к упоминаемому чуть ниже Феофану Византийскому. От него в составе "Библиотеки" патриарха Фотия также сохранился один, достаточно большой отрывок, делящийся по давно установившейся традиции на два фрагмента.

[науч.ред.31]

Здесь хотелось бы от себя добавить, что А.А. Васильев, специально не занимавшийся ранним периодом истории Византии, приводит, скорее всего, не столько свое мнение, сколько представления о Малале нескольких исследователей рубежа веков, воспитанных на античной классической литературе и смотрящих поэтому с эстетствующим высокомерием на Иоанна Малалу и на тот жанр исторической литературы, который по-настоящему начался с него. Между тем, он не может быть худшим уже потому, что влияние его огромно. Бесспорно, его невозможно (да и не нужно, ибо подобное сравнение неправомерно) сравнивать с Геродотом или Фукидидом, однако для своего времени и своего жанра Малала очень хороший образец исторического сочинения. Сетования же о "глупости" Малалы неуместны потому, что к средневековой литературе невозможно (просто крайне непродуктивно) подходить с мерками античной литературы и у хронистов и других историков принципиально иного мировоззрения искать что-то похожее или сопоставимое по содержательности, идеям и глубине их разработки с классической греческой или римской литературой.

[науч.ред.32]

После этой фразы в русской версии (с. 184) следует целый абзац, не включенный А.А. Васильевым в последующие издания. "Павший духом Ираклий задумал покинуть столицу и переправиться в Африку (Ливию). Но патриарх Сергий и другие приближенные убедили императора отказаться от этой опасной и чреватой последствиями для империи мысли, тем более, что и византийские владения в Северной Африке, после завоевания персами Египта, не могли считаться безопасными".

[науч.ред.33]

Традиционный арабский термин для обозначения Рима, Византии.

[науч.ред.34]

За последние годы историко-археологическое изучение Ближнего Востока, в том числе – лимеса, значительно продвинулось вперед и в наши дни ссылка А.А. Васильева на работу Р. Дюссо 1907 года безнадежно устарела. Отметим здесь прежде всего итоговое исследование Р. Дюссо, посвященное в принципе той же проблематике, что и работа 1907 года: R. Dussaud. La penetration des arabes en Syrie avant I'lslam. Paris, 1955, pp. 147–158. Что касается ближневосточного лимеса, его укреплений и истории, то здесь следует прежде всего назвать: S. Th. Parker. Romans and Saracens. A History of the Arabian Frontier. (American Schools of Oriental Research. Dissertation Series. 6. Published by The American Schools of Oriental Research, distributed by Eisenbrauns, Winona Lake, In, 45690), 1986. В последней работе указаны современные исследования по частным проблемам и отдельным археологическим памятникам.

[науч.ред.35]

Литература о Пальмире огромна. Поэтому здесь представляется возможным ограничиться двумя указаниями на современные работы: И.Ш. Шифман. Пальмирский пошлинный тариф. М., 1980; J. Teixidor. Un port remain du desert. Palmyre. Paris, 1984. (Semitica. Cahiers publics par I'lnstitut d'etudes semitiques, XXXIV.)

[науч.ред.36]

Характеристика Гассанидов и, видимо, Лахмидов (о последних, к сожалению, гораздо меньше информации) как династов не вполне точна, ибо речь идет о людях с двойственным юридическим положением. Гассаниды были, с одной стороны, достаточно высокопоставленными чиновниками в рамках византийской бюрократической системы. С другой стороны, налицо и очевидная "династическая" преемственность их власти в связи с их высоким общественным положением в среде аравийских племен в приграничной с Византией полосой. Научная литература о них весьма велика. Из русских работ хотелось бы отметить сочинение Н.В. Пигулевской "Арабы у границ Византии и Ирана в IV-VI вв" (М.; Л., 1964). Из иностранных – M. Sartre. Trois etudes sur l'Arabie romaine et byzantine. Bruxelles, 1982, pp. 121–203, в особенности pp. 170–188.

[науч.ред.37]

Греческое название Химьяритов.

[науч.ред.38]

Видимо, потому что в начале второй главы, рассказывая о Юстине I, А.А. Васильев достаточно подробно писал о Йемене, он не включил в иностранные издания довольно большой отрывок, имеющийся в соответствующем месте русской версии (с. 189). Ввиду того, что этот текст лишь незначительно повторяет рассказ о Йемене начала второй главы, здесь воспроизводится этот не переводившийся впоследствии отрывок: "…царство Сабейско-Химьярское, или Химьяритов (Омиритов), где с половины IV века стало распространяться христианство, встретившее позднее сильного противника в распространившемся там иудействе. В первой половине VI века химьярский (омиритский) царь, покровитель последователей иудейства, открыл жестокое гонение на южно-арабских христиан, что вызвало вмешательство христианского абиссинского (эфиопского) царя; последний одержал полную победу над иудействующим царем и принялся деятельно восстанавливать в Йемене христианство; причем о своей победе над иудейством он оповестил александрийского патриарха и византийского императора Юстина I. Преемник последнего, Юстиниан Великий, отправлял посольства в Аксум, столицу Абиссинского царства, и к химьяритам, желая заинтересовать эти далекие страны в своих военных предприятиях и торговых планах. С этой стороны попытка Юстиниана не удалась. Но в делах церковных в течение всего его правления византийское влияние давало себя чувствовать, как у абиссинцев, так и у химьяритов, те и другие просили у византийского императора епископов".

[науч.ред.39]

У А.А. Васильева в русском тексте (с. 190) – идолы.
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0336 сек
SQL-запросов: 0