Электронная библиотека

Виктория Токарева - Ничего не меняется (сборник)

Виктория Токарева - Ничего не меняется (сборник)
Активная, целеустремленная Мака, с головой окунувшаяся в погоню за успехом и преуспеванием, – и ее бездеятельный, не приспособленный к борьбе за выживание супруг Мика…
Его "растительное" существование снова и снова доводит Маку до бешенства.
Развестись? Но она по прежнему любит этого неудачника. Заставить его измениться? Но все усилия терпят крах.
Выбор Маки прост: либо найти способ вынудить злосчастного Мику стать настоящим мужчиной, кормильцем и добытчиком, либо – оставить все как есть.
Потому что в наши времена каждая счастливая семья счастлива по своему…
Содержание:

Виктория Токарева
Ничего не меняется (сборник)

© В.С. Токарева, 2009
© ООО "Издательство АСТ МОСКВА", 2009
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Рассказы

Ничего не меняется

Кровельщик Семен упал с крыши. Сломал руку.
Семен – мастер. Таких больше нет во всей округе. Золотые руки. И вот одну руку – главную, правую – он сломал.
А кому отвечать? Маке отвечать. Это ее строительная фирма. Ее бригада.
Мака сделала все, что надо. Отвезла на своей машине в травмпункт. Проследила. Проплатила.
Перелом, слава Богу, оказался без смещения. Положили гипс и отпустили. Но Мака переволновалась. Семен мог и головой треснуться и просто убиться насмерть. Садись тогда в тюрьму в ее-то возрасте. С ее-то здоровьем…
Мака не могла заснуть, ворочалась до четырех утра.
Зажгла свет, стала читать. Не читалось. Лежала и смотрела в потолок…
Ее звали Мария Ильинична, как сестру Ленина. В детстве она называла себя: Мака. Так и осталась Макой на всю жизнь.
А он – Мика. Михаил.
Так и жили: Мака и Мика. Все вокруг расходились по второму и третьему разу, а они все жили и жили.
Он был красивый, как князь Андрей Болконский из американского фильма. Не из нашего. Князь Андрей в исполнении Тихонова, безусловно, красив, но его красота слегка напыщенная и простоватая. А в красоте американского Андрея прочитывалось высокое спокойствие. Хотелось вздохнуть из глубины души – прерывисто, как после слез.
Мика – москвич. Приехал в Ленинград по работе. Его надо было поводить по музеям.
Мака сводила его в Эрмитаж, на другой день – в театр, а на третий день они поцеловались.
Такое потрясение от поцелуя бывает только в молодости. Мир перевернулся. Она вышла за него замуж.
После загса Мака собралась в баню. А Мика пошел ее провожать. И это все, что запомнилось.
После свадьбы переехали в Москву.
Москва, шестидесятые годы. Оттепель. Жилищная проблема.
У родителей Мики – одна комната, перегороженная тонкой стенкой из сухой штукатурки. Бедные родители уходили в кухню и околачивались там неопределенное время, потом на цыпочках заходили и крались на свою половину. При потушенном свете.
И – поразительное дело: все были счастливы. Мака и Мика засыпали, взявшись за руки, как будто боялись, что их растащат.
Родители были довольны выбором сына. Мака им нравилась. Она была красивенькая, веселая и деятельная в отличие от Мики.
Мика – караул. Совершенно бездеятельный, созерцательный. День прошел, и слава Богу. Он окончил технический вуз, его распределили в научно-исследовательский институт, и – на века. Сто двадцать рублей в месяц. Это мало, но все вокруг так получают. Едва сводятся концы с концами, нищета гарантирована. Все так живут. Кроме, может быть, Шолохова в станице Вешенской. Говорят, имеет открытый счет в банке, сколько хочет, столько и тратит. Но ходят слухи, что тратит он в основном на водку. Тоже мало радости. Так что: тише едешь – дальше будешь.
Прошло два года. Мака работала в конструкторском бюро (КБ). Дни следовали один за другим, по очереди, и Мака поняла: тише едешь – дальше будешь от того места, куда направляешься. Жизнь практически стоит на одной точке. Надо как-то взбодриться, заработать деньги, вступить в кооператив, вить свое гнездо, рожать детей.
Однажды поехали на дачу к друзьям. Бродили по участку, рвали с кустов черную смородину.
Мака спросила:
– Ты диссертацию защищать собираешься?
В те годы диссертация – единственный путь наверх. Не сто двадцать, а двести сорок. А дальше – докторская. А докторская – это почти Шолохов. "Все пути для нас открыты, все дороги нам видны", как пелось в пионерской песне.
Мика скривил рожу. Должно быть, попалась кислая ягода.
– Собираешься или нет? Или как? – переспросила Мака.
Мика не ответил. Мака поняла: не собирается.
– Тогда как жить? Так и будем?
Мика снова скривился. Куст попался неудачный. Но Мака заподозрила: дело не в кусте, а в Мике. Мика попался неудачный, хоть и красивый. Зарабатывать не умеет или не хочет. Либо то и другое: не умеет и не хочет.
– А как же ты собираешься жить? – вопрошала Мака.
Ей жарко. Она стащила кофту и стоит в одном лифчике.
– Манна с неба упадет, – отвечает Мика. Слова произносит неохотно. Видимо, этот разговор ему неприятен.
Юная красивая Мака в начале жизни проверяет свои перспективы: "А как мы будем жить?" "Никак", – отвечает Мика. Он и сам не знает.
Манна с небес может и не упасть. Надо самой что-то делать.
Мака включает свое воображение и темперамент. Осваивает ремесло спекулянтки. Сейчас это называется "бизнес". Купила – продала.
Возникают знакомства, связи. Возникает кооператив художников. Всплывает фамилия председателя: Хрущев. Не Никита Сергеевич, конечно. Просто однофамилец.
Хрущев – высокий, лысый, загорелый. И лысина загорелая. Одно "но". В кооперативе нет мест. Все отдали профессиональным художникам. А Мака – непрофессиональный. И неизвестно кто.
Мака стоит перед Хрущевым и горько плачет. Ей себя жаль. И Хрущеву тоже становится ее жаль. Большая девица, а плачет, как маленькая. Размазывает слезы по щекам.
– Ладно. Привозите документы, – разрешает Хрущев.
Мака мгновенно включается:
– Какие? Куда?
Хрущев перечисляет необходимые документы. Потом сообщает свой домашний адрес. Документы надо привезти к нему домой.
– А почему домой? – не понимает Мака.
Разговор происходит в правлении кооператива. Разве не лучше принести документы в правление?
– Не хотите, не везите, – разрешает Хрущев.
– Что значит: "не хотите", очень даже хочу, – пугается Мака.
– Тогда делайте, что вам говорят.
Предложение двусмысленное. Мака решает посоветоваться с Микой.
Потом размышляет: она посоветуется. Простодушный Мика скажет: "Давай я отвезу". И отвезет. Свято место пусто не бывает. Квартиру тут же отдадут другому художнику. Их много – талантливых и бездомных.
Мака не стала ни с кем советоваться. Она сама отвезла документы по указанному адресу, и более того – скрыла этот факт. Отвезла и отвезла. Какая разница – куда.
Убить и прелюбодействовать – это разное. За прелюбодеяние даже не судят. Это твое личное дело. Но в заповедях эти грехи стоят рядом.
Все кончилось тем, что Мака получила квартиру. Квартира оказалась потрясающей. В тихом центре, в кирпичном доме, на седьмом этаже. На седьмом небе.
Купили новую мебель – рай. Молодые художники шастали друг к другу в гости, двери не запирались. Застолья, песни Окуджавы, молодость. Жизнь.
Главное – гнездо. С гнезда только все и начинается. И даже самцы птиц, возвращаясь из теплых краев, первым делом столбят место для гнезда, а уж потом приглашают самок. А как поступил Мика?
Он сначала организовал себе самку, а уж потом самка застолбила место и свила гнездо. А он – в стороне. Он не виноват, что страна оценила его в сто двадцать рублей. Поставила в такие условия. Не пойдет же он воровать…
Канувший в Лету Хрущев – совсем другое дело. Хозяин жизни, как медведь в лесу. Вот бы такого мужа – горя бы не знала. Никаких проблем. Но… непорядочный. Сукин сын. Бабник.
Изменяет своей жене налево и направо. А не верить мужу – все равно что спать на грязном белье. На засранных простынях. Нет, нет и еще раз нет…
Ее красивый и порядочный Мика сидит в купленной ею квартире на купленном ею кресле и читает газету, выписанную за ее счет.
Приходит подруга Людка и рассказывает, что ее муж, жадный до судорог, боится достать бумажник, как будто у него в кармане живет скорпион.
Мика тоже не достает из кармана деньги. Но он не жадный, а бедный. Это гораздо лучше.
Приходит подруга Лариска, дочь большого человека, и рассказывает, что ее муж ничего не зарабатывает. Ленится. Приходится брать деньги у отца, большого человека. А это непорядок.
Страница: 1 2 3 ... 48 49 50 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2017

Генерация страницы: 0.0298 сек
SQL-запросов: 0